— У меня дом сгорел, и, к тому же, я инвалид детства,— рассказывает 55-летняя Лидия Федоровна с Ирклиева.— Полтора года то перебивалась без жилья. Жила то у подружки, то еще где. Знаете, как говорится, «у знакомой под забором». Пять месяцев назад, попоневирявшись по знакомым, Лидия Федоровна нашла приют в Богодуховке.

— Сюда меня головиха Богодуховская привезла. Как открылось это отделение при сельской больнице, было место. Она пришла, поговорила со мной, я согласилась.

И, как оказалось позже, сделала очень правильно. Ведь в стационарном отделении для ветеранов и одиноких пожилых людей Чернобаевского территориального центра социальной помощи она не просто нашла кров, но и свою женскую судьбу.

Владимира Васильевича с Веремеевки привезли сюда в больницу с инсультом. Чуть позже, уже здесь, произошел повторный. Состояние здоровья у мужчины соответственно очень неудовлетворительное. Да еще и родные повели себя, мягко говоря, не слишком порядочно. «Дома у него, можно сказать, нет»,— вздыхает заведующая отделением Наталья Сависько.

— Я лежал в больнице,— видно, что говорить Владимиру Васильевичу все еще трудно. И не только из-за болезни, но и за волнения и образа.— У меня два брата. Пока лежал, брать дом забрали. А здесь женился, и теперь мы вдвоем,— взгляд 60-летнего мужчину светлеет.

Историю своего брака супруги Водяной-Головко не рассказывает, возможно, стесняется, ведь возраст уже не юношеский.

— Встретились, посидели у телевизора, поговорили и вот решили быть вместе.

Другие обитатели отделения осанки-лись одобрительно к их союзу. Мужчина нуждается в постоянной посторонней помощи, поскольку до сих пор не оправился после тяжелой болезни, а Лидия Федоровна с готовностью взвалила на себя бремя ухода за ним.

— Ухаживаю за ним. Все делаю, что надо. То обрею, то помою. Надо куда — пойдем, погуляем, то в столовую, то двор. Так и живем,— пожилые супруги, сидя рядом на казенном постели, имеет счастливый вид, трогательно держась за руки. Им только это и остается в жизни — держаться друг друга. Единственный приют для них — это отделение для ветеранов, как его сокращенно называют люди.

— У них просто нет выхода. Им некуда отсюда уйти,— устало вздыхает председатель села Богодуховки Мария Мохнар.

— В нашем районе два таких отделения — в Чернобаев и в Богодуховке,— рассказывает заместитель председателя Чернобаевской райгосадминистрации Евдокия Ляпкало.— Каждый сельский голова поставлен об их существовании, и каждому ясно объяснено: в нашем районе не должно быть одиноких стариков, оставшихся без ухода, без посторонней опеки, несчастных и обездоленных. Жизнь бывает жестоким, люди на склоне лет могут один на один с горькой судьбой, без детей и родных. Значит, мы как власть должны о них позаботиться.

Территориальный центр социального обслуживания и предоставления социальных услуг Чернобаевского района уже более десятилетия было такое отделение в самом Чернобаев. Старенькое помещение (ему уже, наверное, сто лет) усилиями персонала приведено в порядок. Женщины собственноручно под руководством заведующей Натальи Лузан ремонтировали дом, клеили обои, красили пол. В холле, где жители отделения смотрят телевизор, даже камин оборудован. На полу — ковры, на стенах — картины, вдоль стен — диваны. В комнатах проживают по двое-трое, возможно, тесновато, но чисто и светло. На

Красоту во дворе работники Чернобаевского терцентра создавали собственноручно

— Есть районы, в которых нет ни Дома ветеранов, ни таких отделений,— говорит директор Территория-льного центра социального обслуживания и предоставления социальных услуг Чернобаевского района Светлана Гарнати.— И мы благодарны районной власти, что держит связь с общинами, сельскими головами, и никакая категория людей не остается без внимания.

В Богодуховке такое отделение открыли лишь в декабре прошлого года.

— Здесь была сельская больница,— рассказывает председатель села Мария Мохнар.— Потом оставили только амбулаторию на втором этаже и пункт «Скорой помощи» на первом. Двухэтажное помещение отапливается газом, имеет все удобства. Очень хорошее помещение, но часть его «гуляла», а средства на его содержание сельском совете надо платить немалые. Оно себя не оккупировали. Итак, решили эту часть отдать под отделение для ветеранов. Территориальный центр социального обслуживания проплачивает нам часть средств, сельсовете уже легче, и есть даже определ
енную выгоду.

Однако сначала было нелегко. Ремонт, как и в Чернобаевском отделении, приходилось делать самостоятельно и за свой счет.

— Ни одного специалиста сюда не приглашали, все делали своими силами,— показывает свои владения Наталья Сависько, заведующий Богодуховского стационарного отделения Чернобаевского терцентра соцпомощи.

Однако жители отделение очень довольны, хвалят девочек наперебой: мол, и кормят нас, и ухаживают, и в чистое оденут … Ольга Остаповна, например, здесь с 28 декабря прошлого года. Она одна из первых пациенток отделения:

— Комнаты просторные, светлые. Чистенько всегда. Кормят очень хорошо. Да и врачи тут рядом, за стеной. Приходят к нам, осматривают, помогают как надо. А нам, старым и немощным, это ли не самое главное.

Сейчас в отделении — 17 человек. Рассчитано оно на 15, но что поделаешь, если пациентов оказалось больше, ведь сюда попадают люди не только из Богодуховки, но и из окрестных сел.

— Еще человек три-пять при необходимости сможем разместить. Людей на улице не оставим,— уверяет Мария Петровна. В ее селе более 900 пенсионеров. Появление отделения люди восприняли одобрительно.

— Знаете, им стало как-то спокойнее на душе. Даже если у них есть дети, вроде все в порядке, но кто может знать, как судьба повернется завтра? А так они видят, что даже в худшем случае для них найдется уголок …

Судьба действительно бывает очень жестокой. Каждый из обитателей отделения почувствовал это на себе. В наибольшей палате (на четырех женщин) на крайнем кровати — маленькая бабушка. Такая маленькая, что и четверти кровати не занимает. Она радостно улыбается, увидев на пороге заведующую. И тихо объясняет: «Она глухонемая. Хата у нее есть, но одинокая, без семьи. Да и разве это дом? Дожила. Пришли по ней впервые, то она уперлась: «Никуда не пойду, наседку не оставлю, собаку не оставлю». А потом, как здоровье скрутило, условия уже сложились такие, что и дом рушится, и ни собака, ни птица не нужны, то согласилась. Теперь она молодец, подлечили ее, а сначала и ходить сама уже не могла» .

— Такая судьба горькая у меня. Женщина умерла,— рассказывает свою историю Иван Одинцов.— Внуки все забрали: деньги забрали, дом продали. Полтора КамАЗа добра вывезли. А здесь — хорошо.

В коридоре встречаем живую старушку с палочкой.

— Здесь девушки золотые. Грех плохое слово на них сказать,— говорит Лидия Степанчук, жительница этого же села.— Все хорошо здесь. Не на что обижаться. И жалеют нас, и кормят, и переодевают, и постель меняют. Я открыто скажу: я дома так не была, как здесь. Я тут как на свет родилась. Есть у меня дети, и я не нужна им старостью,— и на глазах Лидии Прохоровны появляются слезы.— Спасибо, что забрали меня сюда. Я так благодарна, страх один.