— Говорит 91-летняя звенигородчанка, бывший лейтенант медслужбы Капитолина Бондаренко Она увидела свет жаркого 14 августа уже далекого послереволюционного 1919-го в многодетной семье Андрея Ивановича и Анны Павловны Мазуров. К тому времени в ее родном селе Мерликово, что на Вологодчине, уже хозяйничали «красные комбеды». И все же бабушка-повитуха, взяв новорожденную девочку на руки, шепнула роженицы: «На большой православный праздник Бог даровал тебе дочь, поэтому он всегда будет охранять и оберегать ее». И действительно, даже теперь, отметив свой девяносто первый день рождения, эта мужественная женщина верит, что какая всемогущая сила помогает ей выживать и достойно преодолевать все жизненные препятствия.

Военный госпиталь стал вторым домом

Да она и сама стала для многих земным ангелом-спасителем. Ей было всего восемнадцать, когда после окончания в 1937-м году фельдшерско-акушерской школы в городе Череповце, возглавила фельдшерско-акушерский пункт цементного завода в селе Пикалево Ленинградской области.

Тогда еще не знала девушка, что через два года, в 1939-м, она попадет в водоворот финской войны. Как фельдшер санитарной поезда, будет всегда рядом с теми, кто будет нуждаться в ее помощи. Там впервые познает горечь невосполнимой утраты дорогого ее человека — старшего брата Николая, и почувствует отчаяние, не всегда окутывает сердце медика, когда он становится бессильным. Это было ее первое и, увы, не последнее «бо-Иов крещение». Потому началась Великая Отечественная.

— Тот вечер был таким ласковым, таким теплым! Мы с подругами пошли в лес, собирали грибы и ягоды, а когда вернулись в город — услышали весть о начале войны,— вспоминает женщина.

Военно-полевой евакошпиталь № 1538, расположенный под Смоленском, стал для нее на пять долгих кровавых лет родным домом, а ее коллеги-медики — ближайшими подругами.

Измученные раненые бойцы называли ее сестренкой, просили, умоляли помочь.

— Сесто-ри-ко, слышишь, сесть-ри-ко, дай водицы хоть капельку напиться. Печет! Ой! Печет! — Зажимая на груди рану, протягивал к ней костлявую руку молодой боец.

— Доченька, ты устала, отдохни немножко,— окидывая хрупкую девичью фигуру кротким взглядом, говорил другой ранен.

Не раз жалели они ее. И то была для нее высшая награда.

— Только что привезли новую партию раненых. Под Великими Луками был ожесточенный бой. Нужно срочно прооперировать их и сдать для них кровь! — Слышался приказ главного врача.

И она вместе с другими медработниками сдавала раненым бойцам кровь, а затем лечила их, выхаживала.

— За день привозили в госпиталь около тысячи раненых, многим из которых нужно было перелить именно мою первую группу крови. Для скольких из них я стала сестрой по крови, скольким спасла жизнь — не подсчитывала, потому что не имела на то время,— утирает слезы бывшая фронтовичка.

Любовь наперекор смерти

— Ты ангел? — Прошептал, очнувшись после тяжелой операции, боец.

— Возможно,— улыбнулась самыми устами она. Знала: этот стройный брюнет юноша Александр Бондаренко в неполных 28 лет имел звание капитана. В жестоком бою под Великими Луками его подорвало миной. Девять месяцев медики госпиталя боролись за его жизнь. Не верили, что выживет, и молодой организм и любовь к красивой девушке Капитолины победили.

Женщина до сих па-помнят, как увлекательно рассказывал Александр о своей бать-кивщину — небольшое село Богодуховка, что на Чернобаевщине, ибо, хотя и родился он в шахтерском крае на Донбассе, и детство его прошло на Черкасщине. Его мать сама воспитывала трех сыновей. Младший брат, Антон,— танкист, погиб в бою в Праге в долгожданный День Победы. Старший — Андрей, вернулся к родному порогу без всякого ранения.

Сам же Александр на фронт попал добровольцем.

— Александр имел незаурядную силу воли, выдержку. А как впервые встал на ноги, то прочитала я в его глазах стремление победить врага. Когда читали солдаты, какие страшные зверства чинили фашисты, то даже не доликувавшись, просили отправить их на передовую. К сожалению, нет у нас в альбоме фронтовых фотографий, не хватало в те дни ни сил, ни времени позировать перед объективом фотографа. Лишь одно Сашино писляфронтове фото 1946-го и осталось. Тут еще и надпись есть: «Дорогим маме, Андрюше, Антоши от Саши. Вспомните обо мне хоть раз в жизни» ,— дрожащей рукой расправляет крае пожелтевшие от времени фотографии Капитолина Андреевна.

В июле 1945-го влюбленные поженилис
ь, поклялись друг другу в супружеской верности и любви и эту клятву сдержали: прожили в любви и семейной согласии почти сорок лет. Вырастили двух дочерей — Светлану и Галину.

— Папа и мама в жизни, как и на фронте, очень ответственно относились к своим служебным обязанностям,— улыбаясь, рассказывает их дочь Светлана — Хорошо помню, как отец, работая в 1952 — 1975 годах управляющим Звенигородским районным отделением Государственного банка СССР, вставал в 6 часов утра и спешил в один из тогдашних районных колхозов на утреннее доение коров. На мой вопрос: «Зачем управляющему банком знать, какие надои от коров получают доярки?», Отвечал: «От надоев коров зависит экономическое положение района, а значит — и наполнение банков финансами».

Капитолина Андреевна больше двадцати лет проработала медицинской сестрой в Звенигородской районной больницы.

— Под внимательным взглядом Капитолины Андреевны я прошла настоящую школу медицинского закалки. Эта чуткая и одновременно требовательна коллега открыла передо мной секреты умения «покорять» «тяжелые» вены больных,— и сейчас с теплотой в голосе говорит медицинская сестра Звенигородской ЦРБ с 52-летним стажем Елена Погорелая.

— Мама, несмотря на свой почтенный возраст, и сейчас, проснувшись утром, обязательно измеряет давление у меня, интересуется самочувствием. Она не считает свою жизнь особым, хотя оно, как и у всех ее ровесников — это подвиг,— говорит Светлана Александровна.

Алла Слынько